admin
Опубликовано: 09:41, 13 апрель 2019
История

Ведение свободной торговли между русскими и адыгами

В октябре 1822 г., ссылаясь на то, что чума за Кубанью почти прекратилась, он настойчиво потребовал разрешения возобновить торговлю и открыть еще один меновой двор у Варениковской пристани. Командующий войсками Кавказского корпуса А. П. Ермолов согласился с доводами Матвеева и разрешил возобновить меновой торг и привоз из-за Кубани хлеба и леса. Одновременно он разрешил пропуск из-за Кубани и армянских купцов с их товарами. Купцы немедленно воспользовались полученным разрешением и уже в начале 1823 г. доставили из-за Кубани огромное
Ведение свободной торговли между русскими и адыгами
В октябре 1822 г., ссылаясь на то, что чума за Кубанью почти прекратилась, он настойчиво потребовал разрешения возобновить торговлю и открыть еще один меновой двор у Варениковской пристани. Командующий войсками Кавказского корпуса А. П. Ермолов согласился с доводами Матвеева и разрешил возобновить меновой торг и привоз из-за Кубани хлеба и леса. Одновременно он разрешил пропуск из-за Кубани и армянских купцов с их товарами.
Купцы немедленно воспользовались полученным разрешением и уже в начале 1823 г. доставили из-за Кубани огромное количество звериных мехов, овчин, коровьих, козьих, буйволовых кож и тканей турецкого происхождения.
Значительное количество товаров турецкого происхождения, беспрепятственно перевозившихся через Кубань в Россию, вызвало в начале 30-х годов XIX в. большое недовольство русских купцов, столкнувшихся с серьезной конкуренцией. Они стали буквально осаждать кавказское начальство просьбами о запрещении их ввоза. В результате создавшегося положения А. П. Ермолов в 1823 г. сделал особое предписание, в силу которого указанные товары вместе с их хозяевами должны были под конвоем отправляться из Екатеринодара в Кизлярскую таможню Для взыскания пошлины.
С 20-х годов XIX в. большое значение начинают приобретать и постоянно действующие рынки в Черномории, в частности екатеринодарские базары, которые в указанное время имели свой особый, исключительный колорит. На них можно было видеть и бывших запорожцев, покупающих у закубанского населения лес и съестные продукты; армян и татар, нагружающих на подводы воловьи и буйволовые кожи, и бойкого мещанина из центральных губерний России, продающего горцам иголки, зеркала, гребешки и наперстки. Здесь раздавались разноязычный говор и восклицания, которыми обменивались продавцы и покупатели. Сопровождая свою речь мимикой и жестикуляцией, они довольно быстро приходили к взаимному пониманию. Все это создавало необычайно живую и пеструю картину.
К 1826 г. на правом берегу Кубани в пределах Черномории функционировали шесть меновых дворов: Редутский, Малолагерный, Екатеринодарский, Велико-лагерный, Новоекатерининский и Славянский. Кроме того, на Бугазе существовали в непосредственном соседстве друг с другом еще два меновых двора: один войсковой, а другой казенный — и карантинная таможня.
Войсковая канцелярия упорядочила вопрос о расценках на товары, привозимые из-за Кубани В августе 1827 г она утвердила таксу менового торга, в которой в качестве общего эквивалента выступала соль. Это обстоятельство объяснялось отнюдь не примитивными формами товарного обмена, который якобы только один и существовал в рассматриваемое нами время на Западном Кавказе, и не мифическим неведением адыгов относительно тех возможностей, которые скрыты в денежной валюте, а совершенно другими обстоятельствами. Дело объяснялось тем, что с переходом таманских соляных озер к России адыгское население лишилось необходимой им в большом количестве соли. Турецкие купцы не могли доставлять на берега Кавказа соль в таком количестве, которое удовлетворило бы потребности всего его населения. В годы, когда в силу военных обстоятельств в торговле солью происходили длительные перебои, прибрежные аулы пытались даже выпаривать соль из морской воды, но она получалась крайне дурного качества, и скот отказывался ее есть. Понятно, почему, приезжая на русские меновые дворы, адыги прежде всего спрашивали соль.
Введение свободного торга русскими товарами на меновых дворах, а также введение таксы с расценками товаров вызвало сильное негодование закубанских купцов, находившихся под покровительством влиятельных адыгейских князей и дворян. Они вовсе не желали выпускать из своих рук те поистине сказочные барыши, которые давала им их монопольная торговля в горах вывозимыми из России фабричными изделиями. Доставив из-за Кубани на русскую территорию огромные транспорты горских товаров, они обычно не задерживались с ними в Черномории, а направлялись в Нахичевань, где и реализовали их с большой для себя выгодой. Закупив затем здесь же русские товары, они снова переправлялись через Кубань, перевозя открыто лишь незначительную часть грузов, а остальные отправляя контрабандой. Совершенно естественно, что они всячески старались отвратить население, жившее в глубине адыгейской территории, от непосредственных торговых сношений с русскими, рассказывая всякие небылицы и запугивая его.
Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить (0)